Новое сообщение

Вы собираетесь отправить сообщение для пользователя ``

Результаты поиска:

РЕЖИССЁР:
В РОЛЯХ:

Как пользоваться онлайн кинотеатром?

В нашем онлайн кинотеатре авторского кино весь контент делится на платный и бесплатный. Для бесплатного просмотра фильмов регистрация не нужна. Для просмотра платных фильмов необходимо зарегистрироваться в нашем кинотеатре и положить деньги на свой личный счет.

Деньги на счету остаются Вашими и будут списываться только в случае покупки просмотра фильма или покупки возможности его скачать, после Вашего подтверждения. Пополнить ваш счёт в нашем онлайн кинотеатре вы можете множеством способов со страницы редактирования Вашего профиля.

При наличии денег на счету Вы получите возможность оплачивать просмотры и загрузку авторских фильмов буквально в "два клика". Оплаченный фильм доступен для просмотра в течение 48 часов с момента оплаты.

Нашли ошибку?
Закрыть

Задайте вопрос
или сообщите об ошибке

beta 5.0
E-MAIL
ПАРОЛЬ
Войти через:
ИМЯ
E-MAIL
ПАРОЛЬ

Франсуа Трюффо. Творчество безрассудно, как и страсть

Нина Цыркун, специально для ДК | Опубликовано: 23.10.2006

«Всю жизнь меня терзает вопрос: не важнее ли кино самой жизни?» - Говоря так, Франсуа Трюффо кокетничал. Он давно решил этот вопрос - для него кино было самой жизнью. О переплетении искусства и реальности в практике французского режиссера размышляет Нина Цыркун.

Франсуа Трюффо. Творчество безрассудно, как и страсть

Неслучайно этот романтик с «нежной кожей» (так назывался один из его фильмов) долго решал – жениться ли ему на дочери Альфреда Хичкока или Алена Рене; в конце концов, в 1957 году со свойственным истинному французу рационализмом Трюффо женился на Мадлен Моргенштерн, дочери продюсера и прокатчика  – и это реально помогло ему делать кино, он создал собственную киностудию.

Его генерацию, которая вошла в историю как «новая волна», называли «детьми Синематеки». В доме основателя парижской Синематеки Анри Ланглуа кино и жизнь были неразрывно перемешаны – в дверях рядом с билетером можно было запросто увидеть легендарную звезду немого кино Мюзидору. И когда в феврале 1968 года над «папашей Анри» нависла угроза увольнения, синефилы вышли на улицы, влившись в ряды бунтующей молодежи. Вот и в кинематографе Трюффо отразились интерес к живой жизни «врасплох» и одновременно одержимость формой и стилем, любовь к бесстрастно-изощренному мастерству Хичкока и психологизм Ренуара. И своего первого и главного героя Антуана Дуанеля для своего полнометражного дебюта «400 ударов» он нашел именно в Жан-Пьере Лео, отсмотрев шестьдесят детей, потому что тот был одержим желанием сниматься в кино. Он увидел в тринадцатилетнем подростке самого себя и, отдавая распоряжение уничтожать весь отбракованный материал, оставлял себе срезки пленки с участием Лео, храня их как семейные фотографии. Трюффо сделал с этим героем 6 фильмов: прошел с ним школу, заставил испытать сиротство при живой матери и влюбиться, женил, дал ему множество профессий - и попал в плен своего персонажа, стал ощущать себя его копией. В итоге Трюффо, наверное, ужаснулся перспективе оказаться клоном собственного творения; в последний раз Жан-Пьер снялся у него в 1979 году в фильме «Ускользающая любовь». Если раньше известные актеры, например, Жанна Моро или Жан-Клод Бриали снимались у него наравне с непрофессионалами, то в трех последних картинах Трюффо блистали только звезды - Депардье и Трентиньян,  почти «хичкоковская» холодноватая блондинка Катрин Денев и огненно-страстная брюнетка Фанни Ардан.

Сегодня вся «новая волна» почему-то воспринимается как группа высоколобых интеллектуалов (вероятно, Жан-Люк Годар бросил слишком густую тень на всех своих товарищей). Для Трюффо этот ярлык был оскорбителен; он ставил фильмы для обычного зрителя и хотел, чтобы они были понятны всем. Ему не стыдно было признаться в своей нелюбви к высокомудрому Антониони с его темой некоммуникабельности – да, он признавал, что постановщик «Затмения» - большой мастер, но тут же добавлял, что это единственный хороший режиссер, которого сам он не любит. Это не значит, что Трюффо бравировал невежеством. Он не корчил из себя самородка, которого учить – только портить, а был упертым самоучкой, у которого хулиганство и разгильдяйство сочетались с редким благоразумием – он еще мальчишкой постановил себе смотреть по три фильма в день и прочитывать по три книжки в неделю. И в 16 лет мог почти на равных говорить с 30-летним Андре Базеном, самым авторитетным парижским критиком. Сам стал замечательным критиком, а его книга интервью с Хичкоком («Хичкок/Трюффо») – просто бесценный вклад в библиотеку киноведческой литературы. Его поражала дерзость и энергетика Хичкока – и не его одного. Он учился у всех, и в его собственном кино экспрессивность сочеталась с утонченной проработкой повествования, комическое соседствовало с трагическим. Несмотря на свой лиризм и склонность к «разболтанной» драматургии, Трюффо считал, что увядающему французскому кино не повредит прививка энергичного, владеющего тайной зрительской любви американского кино и крепкого популярного жанра. Его смешил страх режиссеров перед мелодрамой – дико, что люди боятся признаться в том, что любят романы Диккенса или «Отверженных» Гюго. Его интересовали истории о человеческой слабости, и никакая абстракция, как и героика, его не привлекали. Заметив в сценарии, что персонаж выглядит слишком хорошим, он добавлял ему трусости или мелочности, старался показать его как-нибудь посмешнее. Даже искренне любя свое экранное отражение – Антуана Дуанеля, он не упускает случая подчеркнуть, что его «милые» недостатки приносят несчастье другим. И, завершая его историю в «Ускользающей любви», усаживает Антуана за писательский стол, чтобы он покончил с хаосом в душе, излив его на бумагу. Человек слаб, но его сила в том, что он может забыть о своей слабости, а это и есть настоящая отвага. В «Последнем метро» еврей-режиссер Лукас Штайнер во время оккупации прячется в подвал, в подземелье, откуда руководит постановкой спектакля в своем театре. Он не может не понимать, что ему нельзя скрыть собственной «марки», и по его почерку, по характеру показанного наверху спектакля его неминуемо узнают. Но отказаться от постановки, так же, как и изменить себе – для него хуже смерти. Или так: он, может быть, был бы рад изменить себе, да это выше его сил.

Творчество безрассудно, как и страсть. «Соседка» с Жераром Депардье и Фанни Ардан - это классическая мелодрама о роковой страсти, которая ни в коем случае не сулит счастья. Так что лучше умереть в момент экстаза. Столь же иррациональна любовь и в фильме «Веселенькое воскресенье!» (другой перевод «Скорей бы воскресенье!»): там, где герои (Жан-Поль Треньтиньян и Фанни Ардан) должны думать о собственном спасении, их и настигают порывы страсти, и они ей уступают. Этот черно-белый детектив по роману Чарльза Уильямса как бы декларативно построен на стереотипах, но при этом тонко стилизован под французское кино 50-х годов, как объяснение в любви кинематографу его юности, как извинение перед теми, кого Трюффо вместе  с другими авторами «новой волны» презрительно зачисляли в «папино кино». В этом последнем своем фильме Трюффо наиболее точно воплотился тот закон, который некогда он сам над собой признал: фильмы должны выражать представление о жизни и представление о кино.

 

  • комментарии
Для написания комментария необходимо авторизоваться или, если вы ещё не являетесь нашим пользователем - пройти экспресс регистрацию.