Новое сообщение

Вы собираетесь отправить сообщение для пользователя ``

Результаты поиска:

РЕЖИССЁР:
В РОЛЯХ:

Как пользоваться онлайн кинотеатром?

В нашем онлайн кинотеатре авторского кино весь контент делится на платный и бесплатный. Для бесплатного просмотра фильмов регистрация не нужна. Для просмотра платных фильмов необходимо зарегистрироваться в нашем кинотеатре и положить деньги на свой личный счет.

Деньги на счету остаются Вашими и будут списываться только в случае покупки просмотра фильма или покупки возможности его скачать, после Вашего подтверждения. Пополнить ваш счёт в нашем онлайн кинотеатре вы можете множеством способов со страницы редактирования Вашего профиля.

При наличии денег на счету Вы получите возможность оплачивать просмотры и загрузку авторских фильмов буквально в "два клика". Оплаченный фильм доступен для просмотра в течение 48 часов с момента оплаты.

Нашли ошибку?
Закрыть

Задайте вопрос
или сообщите об ошибке

beta 5.0
E-MAIL
ПАРОЛЬ
Войти через:
ИМЯ
E-MAIL
ПАРОЛЬ

Кирилл Разлогов: Искусство - вещь опасная

Опубликовано: 29.06.2002

магазины поступили кассеты серии «МК-Другое кино» с записью первых передач авторской программы Кирилла Разлогова «От киноавангарда к видеоарту». Всего будет выпущено 12 кассет с 46 передачами, которые будут тематически разбиты на три раздела6 Теория, История и Персоналии.

Кирилл Разлогов: Искусство - вещь опасная

По случаю видеорелиза Кирилл Разлогов согласился дать эксклюзивное интервью для «ДК». Мы сидим в его кабинете в Российском Институте Культурологии. Разговор то и дело прерывается звонками со всего мира по делам Московского фестиваля. А за окном Разлогова уже поджидает тележурналисты. Кстати, Институт расположился в Палатах Аверкия Кириллова, знаменитой усадьбе XVI века. Это удивительно тихое место на набережной Москва-реки в пяти минутах ходьбы от Кремля. Самое то для теоретика авангарда и практика скандалов ММКФ.

Почему вы заинтересовались авангардом?
Интерес начался еще со школьной скамьи, так как кино вообще начиналась с авангарда (на первой кассете цикла даже есть специальная передача «Авангардисты поневоле» – о так называемых примитивах - первых фильмах как форме авангардизма). Поэтому в процессе киноманства авангард попадал в сферу моего внимания. Потом я стал заниматься кино профессионально – работал в Госфильмофонде, много смотрел. В свое время, когда этим заниматься было трудно, написал статью про американский авангард. Сейчас ее читать, наверное, смешно. Потому что она в известной мере политизирована (для того, чтобы просто быть изданной). Позже, работая в Международной Федерации Киноархивов, я лично общался с Йонасом Мекасом, Петером Кубелкой, которые были пропагандистами авангарда. Еще писал диссертацию о раннем немом кино как предтече всего дальнейшего развития экранного творчества, включая авангард и современное телевидение.

А как родилась идея этой серии?
Замысел возник в результате общения с моими бывшими студентами, Ириной Изволовой и Валерием Трояновским, которые сейчас работают на телеканале «Культура». Мы стали думать о том, что бы такое для телевидения можно было сделать. И у кого-то из нас родилась мысль, что было бы здорово сделать передачу про авангард. Конец сомнениям положила фраза Ирины: «Кроме нас этого никто не сделает». Ключевая проблема – набрать команду. Здесь опять помог преподавательский опыт: двое моих студентов согласились участвовать в подготовке передачи: Милена Мусина как редактор и Олег Косолапов как режиссер. Видимо, это совпало с их собственными устремлениями. Поэтому их авторское начало в стилистике передачи и в трактовке материала для меня очевидно.

Вы довольны результатом?
На мой взгляд, иногда передачи получались многословными, иногда – излишне провокационными. Хотя я люблю провокации, но канал «Культура» их, естественно, не любит. Поэтому две с половиной программы пали жертвами строгих правил нашей культуры (улыбается). После первой передачи «Глаз Бунюэля» я по наивности решил сделать передачу про секс, чтобы привлечь зрителей. Ребята увлеклись. Набрали кучу материала, хватило бы на две передачи – «Секс» и «Секс 2». Мы благоразумно не стали пускать ее сразу, сдали материал чуть позже, но все равно номер не прошел. Поэтому мне особенно приятно, что теперь не показанные по ТВ программы «Безумная любовь» и «Детки» будут доступны в полном варианте. Это касается и передачи про перформанс, из которой пришлось вырезать небольшой кусок. (Все передачи выходят на видео в первоначальном варианте, без купюр, а две запрещенные программы будут изданы на последней, 13-й кассете цикла – прим. Ред.).

Каждая передача словно начинает с нуля…
Принцип, которым мы руководствовались, это делать передачи в стилистике того материала, о котором идет речь. Передача про экспрессионизм выдержана в нервной манере фильмов 20-х годов, а о Йонасе Мекасе, напротив, снято спокойно, подстать ровному дыханию его работ. Программа «Детки» о детстве великих режиссеров и о тех комплексах, которые они испытывали, воспроизводит приемы каждого героя передачи.

При подготовке программ к выпуску на видео кураторы проекта «МК-Другое кино» долго ломали голову над тем, как разложить программы на отдельные циклы и, вообще, в какой последовательности выпускать…
Этот цикл получился разнопорядковым намеренно. Есть отдельные программы, посвященные тому или иному направлению в киноавангарде (передача об экспрессионизме – наиболее яркий пример). Есть выпуски, целиком посвященные эксцессам видеоарта («90-х годов не было», по-моему, самая удачная из них). Есть монографические выпуски, когда мне удавалось взять интервью у великих представителей авангарда: у Стивена Двоскина, Йонаса Мекаса. Когда мы делали передачу о Дереке Джармене, удалось взять интервью у его музы Тильды Суинтон, потому что самого Джармена уже нет в живых. А есть историко-описательные выпуски, где мы даем краткую историю кино или киноавангарда. Причем, видеоарт мы рассматриваем от самых его истоков, с творчества Вуди и Штейны Васюлки. Они занимались видеоартом еще до эпохи бытового видео, работая с большими рулонами магнитной пленки. Получилась монографическая передача о них.
Безусловно, логика и последовательность показов по телевидению не всегда совпадала с нашим общим замыслом и часто объяснялась возможностями, которые у меня на тот момент были. Скажем, когда у меня была возможность съездить в Лондон и взять интервью у Стивена Двоскина, тогда передача готовилась и ставилась в эфир.

А почему разговор о киноавангарде то и дело переключается на видеоарт?
Последние 10-15 лет я занимаюсь не только и не столько кино, сколько экранным творчеством вообще. А сюда входит и кино, и видео, и телевидение, и компьютеры, интернет и прочее. И если в своей книге начала 80-х «Искусство экрана. Проблемы выразительности» я писал о том, что раннее немое кино заложило основы современного телевидения, то теперь мы проводили идею, что из киноавангарда вырос современный видеоарт и net-искуство.

Название передачи звучит как приговор. Мол, был когда-то киноавангард, а теперь от него остался один видеоарт. Неужели в кино авангардный импульс угас?
Просто в поле зрения передачи многое не попало. По разным причинам. Если бы над передачей работала большая команда, если бы подход был гибче, то можно было и 200 серий сделать. Материала много. Но по логике вещей каждую новую серию делать сложнее. Некоторых людей мы пытались найти, но они нам не ответили. А некоторые ответили, но выставили запредельные цены на материалы. Что касается отношений киноавангарда и видеоарта, то в наше время функции авангарда взял на себя видеоарт в силу того, что на видео снимать дешевле. А кино в наше время стало в основном коммерческим предприятием. Хотя в рамках большого кино время от времени появляются картины авангардистские, особенно в связи с цифровой съемкой. Например, последний фильм Сокурова «Русский ковчег» – чисто авнгардистское произведение, которое как таковое заслуживает специального анализа, независимо от того, хороший это фильм или плохой. То есть авангардистский тип мышления сохраняется. Если же подходить совсем строго, то авангардом придется признать только явления начала века. После 30-х годов говорить об авангарде в строгом смысле нельзя. Подпольное американское кино 50-х – это уже не авангард. Существует термин неоаванард, тесно связанный с идеями структурализма и относимый к фильма, снятым после структуралистской моды. Такие картины снимали Жан-Мари Штрауб, Жан-Люк Годар. Их мы сознательно не касались, поскольку они требуют большего финансирования, чем то, которым мы располагали. Я просил кадры у друзей, поэтому они соглашались на минимальную оплату. А когда я позвонил на «Парамаунт», они мне сказали: «Пожалуйста, 5 000 долларов за минуту, и мы вам материалы дадим». В Европе 2 000 долларов в минуту – нормальный тариф. Тех денег, что нам выделял канал «Культура» при таких расценках хватило бы на полторы-две минуты (смеется). Можно было бы расширить диапазон, если получить нормальное финансирование и снять цензурные ограничения. Последнее важно, поскольку авангард по своей природе заходит дальше, чем позволяет современная ему культура. Авангард без шоковых моментов – это бессмыслица. О любом другом виде творчества можно делать передачи без шока, об авангарде снимать без шока нельзя. Я очень благодарен каналу «Культура» за то, что шоковые моменты сохранялись. Если же понимать авангард широко, как экспериментальное творчество, основанное на нарушении запретов – не только художественных, но и нравственных, моральных, каких угодно, - то оно продолжает существовать в экспериментальных формах. Найти его можно в галереях, перформансах, других формах активности, связанных, скорее, с видеоартом, чем с традиционным киноавангардом, и уж совсем не связанных с тем кино, которое в наши дни заполняет экраны. Конечно, в этом есть свои парадоксы.

Например?
Одного из них можно коснуться и, возможно, даже что-то сделать. Я лично убежден, что мечта начала ХХ века об «искусстве для искусства» на самом деле осуществлена современным Голливудом. Потому что в современном Голливуде абсолютно не имеет значения, о чем картина. Они все об одном и том же. А имеет значение художественное совершенство данной погони, данного преследования, данного падения из окна. То есть это чистое искусство для искусства: когда заранее все дано, схема и рамка одна и та же, а внутри этой рамки и скрыто отличие хорошего фильма от плохого. Все основано на совершенстве того, как ты в 1200-й раз ставишь погоню, в 1800-й – столкновение планет, и в 3555-й – поцелуй.

Раз уж о Сокурове пошла речь, хочу напомнить его недавнюю фразу, сказанную в одном интервью по случаю премьеры «Русского ковчега» в Каннах. Он сказал, что современный кинематограф должен встать на колени перед живописью и литературой. Как вы думаете, должен ли киноавангард вставать на колени перед авангардом в живописи и литературным авангардом? По заставке к вашей передаче, в которой использованы каритны Дали и Уорхола, такой вывод вроде бы напрашивается.
Вообще-то, Уорхол работал в кино не меньше, чем в живописи. Потом, во фразе Сокурова содержится мысль, что настоящее должно стать на колени перед прошлым. История изобразительного искусства и литературы насчитывает тысячелетия, а история кино – чуть больше ста лет. Поэтому есть психологическое ощущение, что в прошлом было сделано больше, чем делается в настоящем. Позже, когда настоящее отодвигается в прошлое, то выясняется, что и в нем было сделано немало. Беда в том, что нам не дано точно предугадать, что из настоящего попадет в историю. Получается, что прошлое всегда оперирует бесспорными ценностями, а настоящее – всегда сомнительными. Поэтому психологически преклонение перед прошлым вполне объяснимо, но реально для него нет никаких оснований. Еще через тысячу лет скажут, что надо встать на колени перед кинематографом или перед интернетом (смеется).

Следующий вопрос как раз в связи со спорными ценностями. Многих авангард отпугивает из-за того, что никаких строгих критериев качества в нем, по всей видимости, не существует. Трудно определить, какой авангардист более ценен и важен, почему черный квадрат стоит дороже, чем, скажем, зеленый треугольник и так далее. Какими критериями руководствовались вы при отборе имен и произведений для передачи?
Основной критерий формулируется так: то, что мы показываем в нашей передаче, должно иметь определенное культурное значение. Если мы считали, что нечто или некто занимает определенное место в культуре, мы делали его темой сюжета или передачи. Если говорить о качестве, то это, в первую очередь, задача критиков. Сложность в том, что авангард основан на нарушении законов и норм. Таким образом, он закладывает основы для норм и критериев завтрашнего дня. Какие-то критики видят это, какие-то – нет. В авангарде, так же, как и в любой другой форме творчества, есть великие произведения, средние, плохие и чудовищные. И в авангарде, и в массовом искусстве чудовищно плохих произведений больше всего. Бесспорным критерием считается время, хотя и оно, на самом деле, небесспорно. А весь текущий процесс спорен, таким всегда будет, таким и должен быть. Сейчас при засилии массовой культуры критерием качества считается затраченный на производство бюджет. Если фильм снят за три миллиона долларов, то это не кино. Такой критерий относителен, как и все остальные. Как и критерий не затраченных, а полученных миллионов. Да, картина популярна, значит, по качеству она соответствует запросам массового зрителя. Соответствует ли она запросам вечности, сказать трудно. С другой стороны, многие популярные фильмы остаются в истории, как бы не презирались критиками. Например, «Белое солнце пустыни» осталось. Так что широкий зритель не всегда не прав, но и не всегда прав. Нельзя сказать, что авангард – это хорошо, а мелодрама – плохо. Точно такие же передачи мы могли бы сделать о мелодраме. Может, когда-нибудь и сделаем.

Авангарда опасаются еще по одной причине. Выход авангарда за рамки, нарушение норм часто объясняют психическими отклонениями. Если человек снял ТАКОЕ, то он не вполне нормален. Но если он все-таки это снял, значит, сумел убедить съемочную группу. А раз убедил одних, то и у зрителя от такого кино может поехать крыша. Если безобидные боевики постоянно обвиняют в росте насилия в обществе и в пагубном влиянии на неокрепшую психику подростков, то авангард с его нарушениями норм еще более опасен. Чего в авангарде больше – терапии или зомбирования?
По традиционным представлениям о психологии художника, если человек испытывает потребность в творчестве, значит у него не все в порядке в жизни. В благополучных обществах с искусством дела обстоят плохо. А в нашей стране, где постоянно все неблагополучно, с искусством все хорошо.

Вариация той же проблемы: если человек начинает нарушать нормы телесных практик, то за этим стоят сексуальные проблемы.
Сексуальные проблемы есть у всех. Сексуальный стандарт - вещь довольно сомнительная, поскольку мало что известно о том, у кого в каких вариантах что получается. Поэтому секс, как и все остальное, это форма творчества. Конечно, есть мнение, что среди людей творческих профессий процент гомосексуалистов больше, чем среди представителей других профессий. Притом, что представителей других профессий с этой точки зрения никто не изучал. Вообще, искусство – вещь опасная. Как для творца, так и для воспринимающего. Поскольку оно развивает. А все то, что развивает, опасно для организма. Лучше не развиваться.

Почему-то авангард в сфере моды престижен. Даже если наряды того или иного кутюрье никто не рискнет носить, о нем все равно пишут, показывают по телевидению. С авангардистами от кино и видеоарта этого не происходит.
Ну почему? Уорхол был настоящей звездой. Просто есть люди, способные вписываться со своими авангардистскими проектами в массовую культуру. А другие имеют иной склад характера. Но быть авангардистом всегда было престижно в узком кругу специалистов. Пресса следит за ними, но западная. Наша тоже следит, но в меньшей степени. Нашу прессу больше интересует, что в этом плане происходит там, а не у нас. Разница только в том, что одни художники становятся знаменитыми при жизни, а некоторые – после смерти. Ван Гог и Гоген сейчас классики, а когда-то были авангардистами и еще какими. И были у них проблемы и с психикой, и с сексом.

Значит, передача могла бы называться «От киноавангарда к мейнстриму»?
Есть теория, согласно которой нормальное коммерческое искусство воспринимает авангардистские опыты с опозданием в 20 лет. У меня есть противоположная теория, что высоколобые интеллектуалы воспринимают массовую культуру как высокое искусство только через 20 лет после того, как было воспринято необразованными подростками. Чарли Чаплин и Битлз – наиболее яркий пример. 20 лет возникли неслучайно. На самом деле за этим стоят поколенческие возрастные особенности. Люди, которые в подростковом возрасте слушали Битлз, через 20 лет стали руководить предприятиями, и их вкусы стали господствующими в обществе. Аналогично с авангардистами. Те, кто раньше экспериментировал, теперь стали законодателями вкусов.

Все ли кумиры вашей молодости дозрели до статуса классика? Или остался кто-то, несправедливо обойденный и забытый?
Трудно сказать. Есть люди, которые эту траекторию проделывают буквально на глазах: тот же Сокуров. С другой стороны, мне в молодости нравились авторы, которые считались классиками уже тогда. Например, Бунюэль. Сальвадор Дали в меньшей степени. Я очень рад, что мне удалось сделать передачу про Стивена Двоскина, которого у нас вообще мало кто знает. Ничего получилась программа о Йонасе Мекасе, который тоже хороший человек. Я с ним знаком более 20 лет. Недавно он снял четырехчасовой фильм, который я смотрел просто с раскрытым ртом. Конечно, приятно, что эти имена становятся достоянием широкого круга зрителей, хотя пока еще не такого широкого, как хотелось бы. Мне очень хотелось сделать передачу о Григории Маркопулосе, но она не прошла бы из цензурных соображений.

Почему?
Потому что еще в 40-е годы он снимал откровенно гомоэротические картины.

Ретроспектива упомянутого вами Стивена Двоскина когда-то была представлена на рижском фестивале «Арсенал»…

В первых шагах «Арсенала» я принимал самое непосредственное участие. В начале фестиваль был авангардистским, позже стал более спокойным и описательным. И я перестал за ним следить. Хотя они периодически меня приглашают. А я к своему стыду давно там не был, просто время проведения не совсем удобное. Недавно я был в Риге на другом фестивале, актерском. И тут они совсем обиделись. Поэтому я обещал приехать в этом году, но не уверен, что получится. Я с большим уважением отношусь к этому фестивалю. Люди, которые его делают, вполне серьезные профессионалы. Жалко, что он перестал быть авангардным.

За это время у программы «От киноавангарда к видеоарту» успела сложиться своя аудитория?
Ко мне обращаются преподаватели с просьбой предоставить наши программы для их студентов. Приятно, что теперь проблема решена: вся серия становится доступной на видео.

Беседовал Вадим Агапов

  • комментарии
Для написания комментария необходимо авторизоваться или, если вы ещё не являетесь нашим пользователем - пройти экспресс регистрацию.