Новое сообщение

Вы собираетесь отправить сообщение для пользователя ``

Результаты поиска:

РЕЖИССЁР:
В РОЛЯХ:

Как пользоваться онлайн кинотеатром?

В нашем онлайн кинотеатре авторского кино весь контент делится на платный и бесплатный. Для бесплатного просмотра фильмов регистрация не нужна. Для просмотра платных фильмов необходимо зарегистрироваться в нашем кинотеатре и положить деньги на свой личный счет.

Деньги на счету остаются Вашими и будут списываться только в случае покупки просмотра фильма или покупки возможности его скачать, после Вашего подтверждения. Пополнить ваш счёт в нашем онлайн кинотеатре вы можете множеством способов со страницы редактирования Вашего профиля.

При наличии денег на счету Вы получите возможность оплачивать просмотры и загрузку авторских фильмов буквально в "два клика". Оплаченный фильм доступен для просмотра в течение 48 часов с момента оплаты.

Нашли ошибку?
Закрыть

Задайте вопрос
или сообщите об ошибке

beta 5.0
E-MAIL
ПАРОЛЬ
Войти через:
ИМЯ
E-MAIL
ПАРОЛЬ

Ларс фон Триер: «Все говорят - «ну и сволочь». Что ж, прошу прощения»

Опубликовано: 29.04.2003

Прославленный датчанин не в лучшем настроении: он заканчивает работу над новым фильмом, и уже сократил его на двадцать минут, но общая длительность по-прежнему достигает трех часов. Однако встретиться с журналистом из России он неожиданно соглашается. Обозреватель «Газеты» <b>Антон Долин</b> оказался единственным кинокритиком, которому удалось поговорить с Ларсом фон Триером после завершения фильма «Догвилль»...

Ларс фон Триер: «Все говорят - «ну и сволочь». Что ж, прошу прощения»

Будет ли «Догвиль» радикально отличаться от ваших предыдущих картин, и в чем?
Действие происходит в Америке…

Но вы туда не ездили, и не собираетесь?
Нет, нет, ни в коем случае, в Америку я не поеду. И в Россию тоже не поеду. Впрочем, пока я не планирую делать фильм о России. Я родом из маленькой страны, и для меня все большое – настоящий ад. Правда, я был коммунистом. Раньше. Новый фильм, который я делаю, действительно называется «Догвилль», и вдохновение я черпал в театральной системе и пьесах Бертольда Брехта – например, «Трехгрошовой опере». Кажется, я опять становлюсь социалистом… Делаю политический фильм.

А «Танцующая в темноте» не была политическим фильмом?
Не знаю. В некотором смысле, к политике имеет отношение буквально все, но в новом фильме больше политической иронии, чего-то в этом духе. Сами увидите.

Где увидим? Премьера будет в Каннах?
Думаю, да. Найдем какой-нибудь способ показать это в Каннах. Даже если его не возьмут в основную программу – покажем на кинорынке. А может, арендуем кинотеатр и покажем там.

Хотите повторить опыт своего соотечественника Билле Аугуста и получить вторую «Золотую пальмовую ветвь» через пару лет после первой?
Нет, я не хочу повторять ничего из сделанного Билле Аугустом. Даже вторую «Золотую пальмовую ветвь». Мне чужд соревновательный дух. Как начинаешь ездить в Канны, так мысли начинают крутиться вокруг призов. По-моему, это ужасно глупо, напрасно тратить жизнь на попытки сделать фильмы и получить за них награды. Я не стремлюсь к призам.

Однако именно ваш успех помог популярности других, более молодых датских режиссеров – открыл двери для новой «датской волны», которая началась с «Догмы 95»…
Это все хорошо, но я человек эгоцентричный: мне на все это наплевать. Нет, это, конечно, не совсем так. Но я делаю нечто лишь потому, что мне это доставляет радость – вот и все.

Ваш эгоизм не помешал движению «Догмы» распространиться на весь мир… хотя ваш «догма-фильм», «Идиоты», так и не получил никаких наград.
Да, он не был слишком популярным. Но мне он нравится.

Мне кажется, это лучший из ваших фильмов.
Правда? Что ж, это очень восточноевропейский вкус. «Догвилль» тоже выдержан в восточноевропейском стиле – это видно даже по костюмам персонажей. Похоже, скажем, на польский театр годов примерно семидесятых.

Так что, стиль в «Догвилле» действительно не похож на другие ваши работы?
Это стилизованное кино. Театральный стиль. Я хочу попробовать продолжить это в следующих картинах, потому что сегодня, как мне кажется, очень важно сделать что-нибудь не кинематографичное. Знаете, во всех теперешних голливудских фильмах так много всяких приспособлений и компьютеров, летают тысячи драконов и все такое. Это было настоящим прорывом, когда Кубрик месяцами старался найти правильный свет для съемок «Барри Линдона». Но если ты можешь сделать то же самое за пару минут на компьютере, этому недостает души. Весь невероятный экшн, все компьютерные чудеса превратили кино во что-то новое. Но мне кажется, что надо возвращаться к истокам. Я говорю не о «Догме», а о театре внутри фильма.

Что же, в таком случае, вы думаете о теперешней деятельности Стивена Спилберга или Джорджа Лукаса?
Когда-то они были хороши в своем деле, но сегодня не представляют никакой ценности.

А кто представляет – для вас? В той же Америке?
Я видел «Магнолию», и мне очень понравилось. Этот Пол Томас Андерсон – крайне интересный парень, и у нас в «Догвилле» играет несколько актеров из «Магнолии». Еще мне нравятся фильмы Кассаветеса-младшего.

Как же Дэвид Линч – вас, помнится, называли поначалу «европейским Линчем»?
Легко сказать, что на что похоже. Так скажешь, что все вокруг нас – Дэвид Линч. Проблема в том, что если ты очень близок к кому-нибудь… Скажу я вам, что как журналист вы мне напоминаете другого журналиста. Вы, скорее всего, его возненавидите: если вы делаете в той или иной степени одно и то же, теперь вы будете стремиться к чему-то другому. Я по Дэвиду Линчу с ума не схожу, мне он даже не нравится. Может, мы слишком близки? Вот, скажем, если ты делаешь мебель – столы, например: для тебя очевидны отличия твоих столов от остальных, всякие детали… А люди вокруг тебя скажут – «да это такой же стол, как остальные».

Бывают режиссеры, которым нравится быть в контексте – смотреть фильмы коллег, читать книги, ходить на выставки… Бывают те, кто предпочитает в кино не ходить, а вдохновение искать, скажем, в птичьем пении. К какому типу относите себя вы?
Мне кажется, это очевидно. Я не смотрю фильмов: вот, «Магнолию» видел, да и то потому, что искал актрису. Кажется, после нее ничего нового не смотрел. Это просто: пока ты молод, ты смотришь много фильмов, все подряд, и тебе это нравится. Но когда ты решаешь начать делать фильмы самостоятельно, ты останавливаешься. Потому что если я смотрю много фильмов и начинаю учитывать все, что в них происходит, мой собственный путь становится непрямым, извилистым: я пытаюсь учитывать все увиденное. Не могу сказать, что в результате получаются более слабые фильмы… Но я так не работаю, нет.

Не боитесь перестать быть современным, потеряв нить происходящего вокруг?
У меня есть свои зрители. Моя мать сказала, что я хорош, она сказала – «Ты сделал все просто здорово, ты снимаешь отличные фильмы». Что, разумеется, не было правдой, но я в это верю. Так я всегда останусь современным. Я просто скажу сам себе – «Молодец, Ларс, ты сделал очень современную штуку», и сам отвечу – «О, спасибо большое».

Может, это просто совпадение того, что вы делаете, и моды?
Может быть. Скорее всего, это совпадение и есть.

Для вас важна реакция аудитории на ваши фильмы?
Несколько лет назад ответить на этот вопрос было бы куда проще, потому что я никогда не думал, что мнение публики имеет какое-либо значение. Но, разумеется, если вы участвуете в процессе коммуникации, всегда интересно посмотреть на то, как вас поняли. Если ты говоришь «синее», видят ли они то же самое в синем цвете? Меня интересует, поняли ли они именно то, что я хотел сказать. Все мы люди, и вокруг нас люди, и у них есть идеи, и мы не можем всегда быть согласны друг с другом. Если какой-нибудь фильм был бы сделан коллективно всеми людьми на земле, и все были бы со всем согласны, и все вкусы были бы учтены, это был бы самый неинтересный фильм на свете.

Человек, получивший столько призов и наград, сколько получили вы, удостоенный «Золотой пальмовой ветви» за последний фильм – может ли он желать чего-либо свыше? И чего именно? Каков сейчас ваш самый амбициозный замысел, самое большое профессиональное желание?
То, чем я занимаюсь сейчас, «Догвилль». Я планирую сделать еще два фильма такого типа, еще два театральных фильма. Сейчас для меня это самый серьезный замысел. Я просто без ума от «Догвилля», он блистателен. Нехорошо так говорить, но я на самом деле так думаю. Это миссия – научить людей, как можно делать кино. Проблема всех этих голливудских драконов в реализме: если ты делаешь дракона настолько реалистичным, насколько это возможно, то не должен пытаться сделать следующего дракона еще лучше, потом еще лучше и так далее… Так они перестают быть похожими на первого, реалистичного дракона. Значит, надо делать что-нибудь не реалистичное. Что-нибудь стилизованное. Посмотрите «Догвилль» и поймете, о чем я. Мне этот фильм очень нравится.

Вы впервые работали в «Догвилле» с голливудскими звездами?
А, да, Николь Кидман ведь голливудская звезда… Она попросилась в мой фильм, она хотела со мной работать, и это прекрасно. Она сыграла блестяще. Другие американские актеры тоже играли здорово. Платили им не так уж много, они сами хотели играть в этом фильме.

Вы часто даете интервью?
Никогда.

Почему?
Потому что я хочу делать фильмы. Лучше я свое время на что-нибудь другое потрачу. Вы своей жизнью занимайтесь, а я буду своей, насколько это возможно. Если я буду назначать журналистам встречи, встречаться с ними и все такое, это будет занимать полдня. А еще полдня я не могу работать, потому что мои ресурсы не бесконечны. Я свой выбор сделал. Знаю, все говорят – «ну и сволочь». Что ж, прошу прощения, но выбор в жизни надо делать четко.

Антон Долин

  • комментарии
Для написания комментария необходимо авторизоваться или, если вы ещё не являетесь нашим пользователем - пройти экспресс регистрацию.