Новое сообщение

Вы собираетесь отправить сообщение для пользователя ``

Результаты поиска:

РЕЖИССЁР:
В РОЛЯХ:

Как пользоваться онлайн кинотеатром?

В нашем онлайн кинотеатре авторского кино весь контент делится на платный и бесплатный. Для бесплатного просмотра фильмов регистрация не нужна. Для просмотра платных фильмов необходимо зарегистрироваться в нашем кинотеатре и положить деньги на свой личный счет.

Деньги на счету остаются Вашими и будут списываться только в случае покупки просмотра фильма или покупки возможности его скачать, после Вашего подтверждения. Пополнить ваш счёт в нашем онлайн кинотеатре вы можете множеством способов со страницы редактирования Вашего профиля.

При наличии денег на счету Вы получите возможность оплачивать просмотры и загрузку авторских фильмов буквально в "два клика". Оплаченный фильм доступен для просмотра в течение 48 часов с момента оплаты.

Нашли ошибку?
Закрыть

Задайте вопрос
или сообщите об ошибке

beta 5.0
E-MAIL
ПАРОЛЬ
Войти через:
ИМЯ
E-MAIL
ПАРОЛЬ

Андрей Кудиненко: «Мы действовали вопреки всем правилам»

Опубликовано: 10.06.2004

Начиналось все, как стеб. Известная в Беларуси своими роликами на тему водосбережения независимая минская студия «Навигатор» решила снять игровое кино. Так появилась снятая на цифру короткометражка «Партизанская мистерия»...

Андрей Кудиненко: «Мы действовали вопреки всем правилам»

Режиссер Андрей Кудиненко (выпускник Белорусской академии искусств, автор дюжины успешных фестивальных короткометражек и полнометражной картины «Битва пяти воинств») и его друзья решили немного пошутить над темой партизанщины — некогда основной для киностудии «Беларусьфильм». Не случайно съемки решили проводить в тех же местах, где за полтора года до этого Михаил Пташук снимал «В августе 44-го...». Но в процессе работы шутка постепенно превратилась во вполне серьезное и заставляющее задуматься произведение.
Предъявленная минской общественности, «Партизанская мистерия» вызвала неоднозначную реакцию: в газетах работу называли «примером злобного пасквиля на тему партизанского движения». Между тем, показанная на Роттердамской фестивале, короткометражка была высоко оценена экспертами, которые и выделили белорусским кинематографистам грант на превращение заявки в полный метр.
Интервью корреспонденту «ДК» Константину Шавловскому режиссер дал после закрытого показа фильма в Москве, организованного для отборщиков Московского фестиваля.

- Зачем сейчас понадобилось снимать еще один фильм о Второй мировой войне?
- Мы хотели начать новую страницу в истории независимого белорусского кинематографа. Для Белоруссии это, между прочим, нонсенс. А делать национальное белорусское кино, не высказавшись на тему оккупации, невозможно. Тема оккупации для Белоруссии – это основная тема ее существования, потому что наша страна всегда была под оккупацией – польская оккупация, российская оккупация, немецкая оккупация, французская оккупация... Если можно назвать белорусов нацией, то это нация, которая всегда жила "под кем-то". А когда пыталась делать что-то свое, то дорого за это платила. Нам хотелось высказаться на традиционную тему для белорусского кино тему, но при этом по-своему. На зря, кстати, «Беларусьфильм» у нас даже называют «Партизанфильмом». Все белорусы - партизаны и тема партизан и войны – это святая для Белоруссии тема. Как написал про нас Андрей Плахов в «Коммерсанте»: «Затронуть такую тему – это поставить себя на грань провала». Мы как бы посягнули на святое, самой темой вызвали на себя ненависть идеологии не только белорусской, но и современной российской. Замахнулись, можно сказать, на священную корову. Но мы хотели не этого, мы хотели разбить некий миф. На самом деле сейчас идет воссоздание советского мифа - я говорю о фильмах «Звезда», «В августе 44-го». Нет , я не говорю, что это плохие фильмы. Просто в них идет опять сакрализация войны, а кино должно разрушать стереотипы. Говорить о войне восторженно и восхищенно не имеет смысла, надо говорить просто и сурово. В принципе такое веяние было в 60-е годы, за что многие режиссеры и «получили по мозгам». А сейчас идет своеобразный откат, режиссеры возвращаются к старым трафаретам. И мы будем наблюдать это еще в течение по крайней мере этих двух лет. Так что если бы наш фильм пошел пошире – был бы заметнее диссонанс с общим веянием.

- У вас есть родственники партизаны?
- У каждого в Белоруссии есть родственники-партизаны (смеется). И мои родственники, и родственники всей съемочной группы - все были под оккупацией, все участвовали в войне, кто на чьей стороне. Но наш фильм не о том, что есть кто-то свой, а кто-то чужой, кто-то партизан, а кто-то полицай, кто-то хороший, а кто-то плохой. Мы не расставляем акценты. Потому что война происходит не только на уровне армий, идеологий – она существует на уровне персоналий, и даже внутри человека. У нас затронута тема "человек и оружие" – в принципе она проходит через весь фильм, то есть каждый персонаж, который берет оружие, попадает в обратную ситуацию, которая оканчивается плачевно. И последний кадр - он такой, хэммингуэевский, "прощай, оружие" – это с одной стороны. А с другой, мы старались оставить зрителю свободу для интерпретации. Вот осталось ружье: либо его некому взять, либо нет смысла его брать, когда отца еще не нашел, еще сам не понял, что делать. Мы работали в эту сторону, а не в сторону большого идеологического кино, которое расставляет все акценты и не дает место чувствам, оставляя голые эмоции. Наше кино заставляет зрителя сомневаться, а иногда и раздражаться.

- Каков бюджет фильма?
- Бюджет я даже не могу определить, потому что практически весь фильм делался на энтузиазме группы. Техникой, которую предоставила нам студия "Навигатор", мы пользовались бесплатно, монтировали бесплатно, звук – мы создавали новую технологию, чтобы можно было записать звук и всю музыку в домашних условиях. Актеры работали за копейки. Поэтому я не могу определить бюджет – наверное, около $20000. Например, мы снимали рекламный ролик и не брали за него гонорары, а пускали заработанные деньги в производство. Скажу честно, на этом фильме мало того, что никто не обогатился, а наоборот, все вложили в него свои средства.

- Почему фильм называется "Мистерии"?
- Мы не хотели, чтобы наш фильм был просто фильмом об оккупации. Наши герои – это не просто герои, но и определенные архетипы: мать и отец, Адам и Ева. И это требовало какого-то обобщения, метафоры. Мистерии – это средневековый жанр литературы, их авторы брали ветхозаветные сюжеты и просто интерпретировали их по-новому. В принципе, истории, которые мы рассказываем в фильме: они могли произойти в любое время – и в Древнем Риме, и в Чечне, в любых экстремальных условиях. Мистерии в нашем понимании – это новые высказывания на вечные темы.

- И поэтому каждая новелла в фильме открывается цитатой из Библии?
- Да.

- А вам не кажется, что все это слишком «притянуто за уши»?
- Может быть. У театральных режиссеров есть понятие "красной тряпки". Режиссер ставит спектакль, и вешает «от балды» на сцене красную тряпку. Все его спрашивают: "А к чему тут красная тряпка?" Он отвечает: "Ну нужна она тут, и все. Не буду обосновывать". А потом сидят критики, смотрят, и начинают осмысливать появление этой красной тряпки на фоне действия, и обоснования порой бывают самые необычные. Пусть эти библейские цитаты станут для вас красной тряпкой.

- Если ваш фильм назовут "натужной попыткой национальной самоидентификации" - что вы на это ответите?
- Отвечу словами Андрея Плахова: "Поставив себя на грань провала, их спасла только страстность и понимание кино как актуального фольклора". В принципе, сейчас времена глобализации, и очень важно не потерять национальный дух. Партизан для Белоруссии тоже самое, что для мировой культуры – Адам и Ева. А все государственное белорусское кино меж тем снимается в неопределенном месте, где-то в России. В нашем официальном кино даже милицию одевают в российскую форму, белорусские номера на машинах меняют на российские. Может быть, наши режиссеры рассчитывают на то, что такие фильмы скорее купят в России, не знаю. А мы – за фольклор, за национальный дух. И на самом деле фильм «Оккупация» – это первая попытка создания национального кинематографа на территории Белоруссии.

- Почему, как вы считаете, ваш фильм выходит в серии "Другое кино"?
- Потому что наше кино – другое. Оно другое потому, что это первый постсовесткий независимый белорусский фильм. Оно другое потому, что снималось таким способом – способом создания технологии во время кинопроизводства. Мы хотели снять именно другое кино, поэтому действовали вопреки всем установленным правилам и нормам.

  • комментарии
Для написания комментария необходимо авторизоваться или, если вы ещё не являетесь нашим пользователем - пройти экспресс регистрацию.