Новое сообщение

Вы собираетесь отправить сообщение для пользователя ``

Результаты поиска:

РЕЖИССЁР:
В РОЛЯХ:

Как пользоваться онлайн кинотеатром?

В нашем онлайн кинотеатре авторского кино весь контент делится на платный и бесплатный. Для бесплатного просмотра фильмов регистрация не нужна. Для просмотра платных фильмов необходимо зарегистрироваться в нашем кинотеатре и положить деньги на свой личный счет.

Деньги на счету остаются Вашими и будут списываться только в случае покупки просмотра фильма или покупки возможности его скачать, после Вашего подтверждения. Пополнить ваш счёт в нашем онлайн кинотеатре вы можете множеством способов со страницы редактирования Вашего профиля.

При наличии денег на счету Вы получите возможность оплачивать просмотры и загрузку авторских фильмов буквально в "два клика". Оплаченный фильм доступен для просмотра в течение 48 часов с момента оплаты.

Нашли ошибку?
Закрыть

Задайте вопрос
или сообщите об ошибке

beta 5.0
E-MAIL
ПАРОЛЬ
Войти через:
ИМЯ
E-MAIL
ПАРОЛЬ

Юрий Грымов: Казус Кукоцкого - максимально честное и эмоциональное кино

Опубликовано: 25.08.2005

Я встретился с Юрием Грымовым, чтобы расспросить его о последней большей работе — двенадцатисерийной полнометражной картине «Казус Кукоцкого». Грымовская студия «Юг», как всегда, кипела работой, поминутно звонил телефон, бегали курьеры (сорок тысяч одних курьеров), но мне всё же удалось запереться с режиссёром в его кабинете и включить диктофон.

Юрий Грымов: Казус Кукоцкого - максимально честное и эмоциональное кино


Как возник замысел снять фильм по роману Улицкой? Когда Вам пришла в голову эта мысль?

Ю.Г. Где-то три года назад я прочитал книгу. Конечно, обратило на себя внимание то, что роман получил Букера. Я заинтересовался, прочитал, и мне эта книга очень понравилась. В ней были затронуты вопросы, которые всегда меня волновали: вопросы генофонда, кто мы, откуда, что с нами случилось в результате революции… и поэтому мне показалось интересным сделать этот проект. Но вместе с тем, это и грандиозная история любви, и через неё показана вся наша страна. Сегодня часто слышен вопрос: в чем же национальная идея? И все ищут эту национальную идею. А национальная идея — это семья. И другой национальной идеи в стране не должно быть. В «Казусе Кукоцкого» через семью и через историю любви показана история нашей страны.

Могли бы Вы кратко охарактеризовать, в чём фабульное, смысловое или идеологическое различие между Вашим фильмом и романом Улицкой? Какие акценты, имеющиеся в романе, Вы намеренно сместили, или наоборот — какие моменты, для Улицкой проходные, решили подчеркнуть, выделить?

Ю.Г. Ну, во-первых, мне кажется, что в нашей картине всё-таки всё гораздо жёстче, чем в книге. И немножко другой финал. Не хочется о нём говорить, пусть лучше он будет для зрителей неожиданным. Кроме того, у нас есть один персонаж, который в книге тоже есть, но, в отличие от книги, у нас он выведен как родственник главных героев. И это тоже кое-что меняет. Ну и, конечно, в нашем фильме основные разговоры всё-таки не про аборты, а именно про генофонд, про то, кто мы такие, что мы дети страха, что в стране и со страной происходило. Для меня это был разговор о больших людях, о людях с большой буквы. И то, что в России с ними перемешались люди с маленькой буквы, коммунисты, всякие провокаторы и так далее, все это, конечно, уничтожило нашу страну. Так мне кажется.

Есть ли режиссёры, чьи картины Вы вольно или невольно вспоминали, когда делали «Кукоцкого»? На кого внутренне равнялись, с кем себя сравнивали?

Ю.Г. Я начал заниматься кино, потому что увидел «Летят журавли». Потом уже познакомился с Баталовым, и пригласил его в картину. Он пятнадцать лет не озвучивал и вообще не работал в кино, но я уговорил его. У нас с ним приятельские отношения. Мы познакомились, когда я делал для Российского телевидения проект «Ожившие картины».

Поэтому отталкивался я, наверное, от этого прекрасного советского кино, которое, к сожалению, сейчас утрачено, где индивидуальность имела большое значение. Я считаю, что любое кино должно быть субъективным, то есть надо идти от себя лично. Нельзя снимать что-то, что тебе не близко. А мне близка именно эта традиция нашего кино. «Летят журавли» — это очень страстное кино, я считаю. Безумно стильное, красивое и страстное. Нельзя, конечно, сказать, что за основу взяты «Летят Журавли», но всё-таки на меня повлиял весь этот комплекс старых советских картин, на которых я воспитывался. Хотя, безусловно, всё равно фильм прошёл сквозь меня, как через призму, и я один несу за него ответственность. Я рад, что Улицкая сказала: «Я вот книгу написала, а ты теперь снимай кино». Это очень важно. Это — моё кино. И все нападки на него я готов воспринять сам.

Насколько трудной оказалась работа над этим кино — эмоционально, психологически, технически?

Ю.Г. Работа продвигалась безумно сложно, потому что сейчас на страну обрушилось очень много низкосортного кинопродукта. Очень часто видишь сейчас актёров класса «А», уважаемых мной людей, которые задействованы в производстве всего этого, и за них иногда бывает даже стыдно.

И, конечно, многие люди со временем разучились работать. Разучились требовать от себя какие-то такие вещи. Это неприятно.

Мы готовились два года. В картине было сто двадцать съемочных дней! А если ещё учесть, что я сам выполнял роль художника-постановщика, хотя мной был приглашен художник Донсков… который строил декорации и помогал, но всё-таки стилистически этим всем, как всегда, занимался я. Это было довольно сложно.

И, конечно, в картине присутствует эмоциональный момент, который для меня очень важен. «Кукоцкий» вообще очень живое кино. Когда я смотрю сегодня фильмы, я зачастую вижу, что они очень холодные. А мне хотелось, чтобы это было максимально эмоциональное и честное кино; чтобы оно достучалось до людей, и чтобы люди увидели в нём не только себя, но и почувствовали всю проблему, которая стоит перед нами. Почувствовали, например, что страна очень сильно запуталась в своих отношениях с властью. Мне не нравится, что в стране сейчас политики становятся поп-идолами и по телевизору их показывают больше, чем рок-музыкантов. Это не нормально. А ведь корни этого кроются в тех временах.

Вы довольно опытный режиссёр и работали в самых разных жанрах. Однако каждая новая работа превращает мастера в ученика. Чему Вы научились, сняв «Казус Кукоцкого»? Что нового открыли для себя в кино, в литературе, в жизни?

Ю.Г. Для меня эта работа достаточно знаковая, потому что я к ней и долго готовился, и все мои работы, которые я делал (и «Муму», и «Коллекционер»), они, конечно, повлияли… Скажем так — если бы их не было, не было бы и «Кукоцкого». Потому что в «Кукоцком» я уже уделил большее значение не форме, а содержанию. Это для меня очень важный момент: я считаю, что верх кинематографа — это когда простыми средствами достигаешь большого результата. Я очень серьезно занимался изображением и всем тем, что существует в кадре, как всегда, но это всё носит вторичный характер. Все работает неким фоном, если вы будете внимательно смотреть, вы увидите там много и аллегорий, и тогдашнего быта, который был воссоздан. Но главное – создание атмосферы. Кино должно быть таким же живым, как и театр. И я пытался делать максимально живое кино. Максимально честное, и поэтому, работая с актёрами, я прибегал к разным ухищрениям: иногда они заранее знали текст, иногда и не знали. Иногда я менял во время съемок ход событий, и во время дубля, чтобы была какая-то живая пауза... Ещё сцены с родами, они тоже тяжело давались, потому что, во-первых, должно было быть удобно их снимать, а во-вторых, должно быть максимально правдоподобно. Поэтому я, кстати, полтора года занимался акушерством и гинекологией. Читал книги, слушал курсы.

Кто, на Ваш взгляд, главный зритель «Кукоцкого»? К кому обращена картина в первую очередь?

Ю.Г. Я считаю, что эта картина очень актуальна. И смотреть её нужно от начала и до конца. Это очень важно. В ней двенадцать частей — даже не серий, а именно частей. Это просто такое большое кино, как «Война и Мир», в котором ведь тоже — четыре картины по две серии. Это кино следует смотреть от начала до конца и слушать внимательно, и вы тогда поймете, что по большому счёту в удивительной нашей стране ничего не изменилось: те же проблемы, абсолютно всё то же самое. Поэтому мне кажется, что это кино как нельзя более современное.

И довольно пессимистическое, да?

Ю.Г. Наоборот, у нас финал безумно оптимистичный. Мы там в конце дарим людям гигантскую надежду. Не буду раскрывать подробностей, но там гигантская надежда и гигантский плюс открывается в конце картины. И многие видят в этой концовке большой смысл, и даже больше того: перспективы существования человека. Сейчас происходят какие-то жёсткие тенденции с властью, мне это не очень симпатично. Но если вы внимательно посмотрите кино, то вы увидите, что это день сегодняшний, стопроцентно. Это кино — попытка разговора о человеке, о власти, об отношениях людей внутри семьи, вопросы жизни и смерти, вопросы любви, секса, взаимоотношения полов. Очень важно, чтобы человек был свободен. Танечка — это свободный человек. Очень сильный, героический и безумно профессиональный человек Кукоцкий… [всё это герои картины – прим. ред.] и так далее.

Возвращаясь к генофонду — получается, раз финал оптимистичен, что какие-то шансы на возрождение нации у нас всё-таки есть?

Ю.Г. Все шансы на восстановление генофонда — в здравом смысле. Было бы очень хорошо, если бы в стране появился здравый смысл. Чтобы белое мы назвали белым, а черное — черным. Поэтому здравый смысл — это единственная возможность победы над этим ужасным кошмаром, происходившим в стране и связанным с гигантским количеством пролитой крови. Но прежде всего, для зрителя, это потрясающая история любви. Это история любви, семьи, сложных взаимоотношений между мужем и женой, приёмной дочерью, и даже не одной, а двумя, отношениями её сразу с двумя братьями… И это никакой не разврат, а искренние сексуальные отношения. Снять их было довольно-таки сложно, чтобы не получилось распутства. Это ведь вопрос свободы человека в своих поступках. Если человек свободен и искренен, то мы не вправе его осуждать.

И я ещё хочу сказать одну вещь. Этот фильм снят без поддержки Госкино. Но если Госкино не поддерживает такие фильмы, как «Казус Кукоцкого», то я не понимаю тогда, какое кино может поддерживать государство. Потому что «Казус Кукоцкого» — это и есть настоящее государственное кино. Однако мы обращались к ним сто раз, нам сто раз обещали, но ничего для нас не сделали. Поэтому я пишу в титрах: «Без поддержки Госкино».

беседовал Пётр Гринёв

  • комментарии
Для написания комментария необходимо авторизоваться или, если вы ещё не являетесь нашим пользователем - пройти экспресс регистрацию.