Новое сообщение

Вы собираетесь отправить сообщение для пользователя ``

Результаты поиска:

РЕЖИССЁР:
В РОЛЯХ:

Как пользоваться онлайн кинотеатром?

В нашем онлайн кинотеатре авторского кино весь контент делится на платный и бесплатный. Для бесплатного просмотра фильмов регистрация не нужна. Для просмотра платных фильмов необходимо зарегистрироваться в нашем кинотеатре и положить деньги на свой личный счет.

Деньги на счету остаются Вашими и будут списываться только в случае покупки просмотра фильма или покупки возможности его скачать, после Вашего подтверждения. Пополнить ваш счёт в нашем онлайн кинотеатре вы можете множеством способов со страницы редактирования Вашего профиля.

При наличии денег на счету Вы получите возможность оплачивать просмотры и загрузку авторских фильмов буквально в "два клика". Оплаченный фильм доступен для просмотра в течение 48 часов с момента оплаты.

Нашли ошибку?
Закрыть

Задайте вопрос
или сообщите об ошибке

beta 5.0
E-MAIL
ПАРОЛЬ
Войти через:
ИМЯ
E-MAIL
ПАРОЛЬ

Ян Труэль: "Смотрите фильм незамутненным взглядом"

Опубликовано: 14.07.2009

В июле «Кармен Видео» выпускает на DVD новый фильм выдающегося шведского режиссера Яна Труэля «Незабываемые моменты» (более точный перевод - «Вечные мгновения Марии Ларсен»). Событие это вряд ли вызовет ажиотаж в массах, но безусловно станет подарком для ценителей настоящего кино. По сути, это первая за долгие годы встреча российских зрителей с легендарным представителем одного из самых ярких движений в истории кинематографа - «нового шведского кино».<br>

Ян Труэль: "Смотрите фильм незамутненным взглядом"

Труэль принадлежит к стану авторов-тружеников, кто целиком сосредоточен на творчестве.
Его не сломили ни слава, ни Голливуд, ни веяния времени. За сорок с лишним лет его взгляды на кинематограф ничуть не изменились. Его фильмы по-прежнему исповедует основные принципы «новой шведской волны», заключенные в специально изобретенном выражении «Samhallstivand» («интересоваться обществом»). Фотографическую правду образа Труэль неизменно ставит выше любой художественной абстракции.

Его экранная киноправда не превращается в публицистику и социальный документ. Будь то документальный фильм или фильм, основанный на реальных событиях – взгляд Труэлля всегда устремлен вглубь. Он проникает в самую суть вещей, постигает таинства жизни, сосредоточенно и самозабвенно.

Формальное знакомство наших киноманов с Яном Труэлем приходится на эту эпоху расцвета. В 60-е годы советские кинокритики охотно писали о его картинах. Как это случалось неоднократно, Труэля у нас почитали, но фильмы держали на расстоянии. Хвалили за симпатию к простым людям и журили за «уныние и натурализм». В советские времена в прокате демонстрировалась только одна его картина – голливудский проект «Ураган», ремейк экзотической мелодрамы Джона Форда.

Не будет преувеличением сказать, что мы практически ничего не знаем о режиссере, который после смерти Бергмана, Бу Видерберга и Вильгота Шёмана остается последним живым классиком шведского кино, оказавшим влияние на развитие кинематографа.

Настал черед восполнить этот пробел. Сайт ДК представляет беседу Игоря Сукманова с Яном Труэлем, которая состоялась по случаю премьеры его последнего фильма «Незабываемые моменты».

Любовь к кино в Вашем случае – это врожденное или приобретенное чувство?
Я родился в 1931 году и буквально с первых дней был приобщен к миру движущихся изображений. Мои родители увлекались любительской съемкой. Еще до моего рождения они купили портативную кинокамеру, на которую снимали хронику собственной жизни. Когда приходили гости, родители устраивали показательные просмотры. Таким образом я научился смотреть кино прежде, чем стал говорить. Недалеко от нашего дома располагался кинотеатр, куда я с братьями часто ходил по воскресным дням. Первое яркое воспоминание связано с анимационным фильмом Уолта Диснея “Три поросенка».
Подростком мне нравилось смотреть американские вестерны, шведские комедии и мультфильмы. Особенно мне нравились “Бэмби” и “Белоснежка”... Серьезный интерес к кино пробудило увлечение фотографией. Мне исполнилось 14 лет. У меня появился фотоаппарат. К тому времени я уже находился под впечатлением фильмов Ингмара Бергмана и документалиста Арне Суксфорда. Потом я стал обладателем кинокамеры. Это была простая 16-мм камера. С ее помощью я занялся любительской съемкой. Так оказался в плену теперь уже подвижных объектов. Наблюдать за жизнью, глядя в камеру, стало неотъемлемой частью меня самого. Увлечение обернулось профессией…

Однако прежде чем стать кинематографистом Вы поработали учителем?
-Это чисто воды случай. Я проработал в школе 9 лет, но все это время продолжал заниматься любительской съемкой. Снял несколько фильмов о моем классе. Один из них была показан по шведскому телевидению.

Какой была ситуация в шведской киноиндустрии на момент Вашего прихода в кино?
-Шведское телевидение было заинтересовано в открытии новых режиссерских имен. Я получил приглашения от одного телеканала снять короткометражный фильм совместно с писателем Бу Видербергом. На 16-мм пленку мы сняли короткий фильм без слов “Мальчик и змей”. В проекте участвовали непрофессиональные актеры, играли дети. После этого Бу Видерберг обратился к серьезной режиссуре. Его полнометражный дебют «Детская коляска» стал событием. На этой картине я работал в качестве оператора.

Вас наряду с Бу Видербергом и Вильготом Шёманом называют лидером нового шведского кино, которое активно противопоставляло себя метафизическому кинематографу Ингмара Бергмана. Насколько соответствовала действительности эта полемика?
Шведскую волну, так называемый “посудомоечный реализм”, поднял Видерберг. Это он написал три полемических статьи, в которых критиковал Бергмана и призывал молодых кинематографистов снимать кино, максимально приближенное к действительности. Что касается Вильгота Шёмана, то он не был противником Бергмана. Скорей, напротив, он был его учеником. Я же был прежде всего фотографом и оператором. Меня интересовала реальность вне зависимости от того, как с ней обращается Бергман.

Насколько сильно повлияли на Вас взгляды Бу Видерберга?
Я разделяю его любопытство в отношении окружающего мира, его чувственный взгляд, чувственный способ съемки. Я тоже предпочитаю покидать павильоны и снимать кино в натуральной обстановке.

А что Вы взяли от Ингмара Бергмана?
Я нахожусь под глубоким впечатлением от внешней формы его фильмов, от того, как они сняты. Важно и то, что Бергман пробудил во мне интерес к психологии и чувствам людей.

Насколько нутряной, выворачивающий наизнанку психологизм свойственен шведскому менталитету?
Свойственен, хотя в последние годы ситуация изменилась. Фильмы стали слишком поверхностными. Снимается больше экшна и легких комедий. Мне не нравятся картины, которые прибегают к насилию с целью развлечения. Я вовсе не против насилия в кино, но только в том случае, если оно действительно осмысливается автором.

Как Вы попали в Голливуд?
Благодаря своей кинодилогии “Эмигранты” и “Поселенцы” – эпическому сказу о шведских крестьянах, обосновавшихся в середине 19 века в Соединенных Штатах. Главные роли в картинах исполнили Макс фон Сюдов и Лив Ульман - актеры играющие в фильмах Бергмана.
Лив Ульман раньше меня приехала в Голливуд и уже снялась в нескольких американских фильмах. Когда ей предложили участие в проекте под названием “Невеста Занди”, Лив порекомендовала режиссером меня. Первоначальный сценарий мне не понравился, и я было уже отказался от предложения, но тут случайно в руки мне попалась книга, по мотивам которой собирались снять картину. Роман оказался хорошим. Так к проекту был подключен другой сценарист. Его адаптация оказалась более удачной, фильм был снят. Следующей работой в Америке стал фильм “Ураган”. Это был уже проект класса «А». Я находился в подчинении у продюсеров. Как автор я был лишен творческой свободы… Голливуд стал для меня приключением. Я работал и ради опыта, и ради денег. Впоследствии заработанные в Штатах деньги помогли мне воплотить сложный в постановочном плане «Полет орла» об экспедиции на Северный полюс команды воздухоплавателя Соломона Андре. В Америке мне предложили заключить контракт на создание десяти фильмов. Я отказался ради собственных проектов. К тому же обычно я сам снимаю свои картины. В Голливуде мне не позволили стоять за камерой. Там строгие профсоюзные законы.

Как вы выбираете сюжеты для своих фильмов?
Бывает, что мне их подсказывают со стороны. Но взяться за проект меня может подвигнуть только одно – насколько сильно я сживаюсь с предлагаемым материалом. Мне крайне важно сделать материал моим собственным. На этот счет я очень требовательный. Порой я отказываюсь от заманчивых историй, поскольку не могу сделать их своими.



Как у Вас родилась идея снять фильм о домохозяйке, увлекшейся фотографией?
Все началось с того, что моя супруга Агнета решила снять небольшой фильм о своем отце. Она принялась разыскивать людей, которые хорошо его знали и могли многое о нем рассказать. Так она познакомилась со своей кузиной из Гётеборга, с которой прежде никогда не виделась. Эту женщину звали Майя. Она была дочерью Марии Ларсен. Их общение длилось в течении шести лет. Агнета интервьюировала ее по телефону, иногда навещала ее. Как-то в одном разговоре Майя обмолвилась, что ее мать однажды выиграла в лотерею фотокамеру. Для женщины из рабочего квартала это было довольно странное приобретение. Сначала Мария Ларсен хотела продать эту камеру, но затем раздумала. Впоследствии она увлеклась фотографией и стала фотографом. Услышанный рассказ показался мне необычным. Он лег в основу книги моей жены, которая была издана несколько лет назад. Он же вдохновил меня на создание фильма. Тем более, что история Марии Ларсен напомнила мне мою собственную историю.

Выходит, что вы сняли биографический фильм. Но в нем много художественных допущений. Например, вы перенесли действие в другой город и пригласили на главную роль актрису, которая ничуть не похожа на реальную Марию Ларсен.
В фильме многое взято из реальной истории. Однако местом действия стал не Гетеборг, родина Марии Ларсен, а Мальмё, откуда я родом. Все дело в том, что я лучше знаю этот город. Мне ближе его атмосфера и понятней диалект, на котором говорят его жители. Там я чувствую себя гораздо комфортней.
Теперь что касается нашей героини. Хотя настоящая Мария Ларсен была шведкой, мы с Агнетой сразу решили, что в фильме ее обязательно сыграет финская актриса Мария Хайсканен. Мы и писали эту роль, имея в виду Марию. С ней я знаком уже многие годы. В 19 лет она впервые сыграла в моем фильме «Эль Капитано» и с тех пор я регулярно приглашаю ее сниматься. Мария Хайсканен – очень одаренная актриса.

Она очень органична в кадре. И ее окружают сильные партнеры. Отдельного упоминания заслуживает актер, сыгравший роль ее мужа…
Сиге – так зовут мужа Марии Ларсен – играет известный шведский актер Микаэль Персбрандт. Он популярен в Швеции, и в особенности в Германии, благодаря участию в полицейском телесериале о комиссаре Мартине Беке. С Микаэлем я был знаком и прежде, но до «Незабываемых моментов» никогда с ним не работал.

Фильм в большей степени держится на актерской игре. Расскажите, как Вы работаете с актерами на съемочной площадке. Насколько сильно вы их контролируете?
Однажды я спросил у актера Макса фон Сюдова, как ему работалось со знаменитым режиссером Джоном Хьюстоном. Макс снимался у него в паре с Биби Андерсон в шпионском триллере «Кремлевское письмо». Макс рассказал, что актеры сами решали, как им играть. Режиссер не репетировал с ними. Он предлагал им самостоятельно работать над ролью. Актеры показывали ему лишь конечный результат. И Хьюстон, если находил нужным, вносил в их игру правку. В своей практике я часто использую этот метод. Возможно, это говорит о том, что у меня нет театрального опыта. В кино я начинал как оператор. Работал с изображением.
Не могу сказать, что актеры у меня много импровизируют. Я просто предлагаю им большую свободу. Даю им право на собственную трактовку роли. И вношу свои предложения только в случае необходимости.




В картине задействовано много детей. И все они поразительно естественны…
Да, у экранной Марии Ларсен семеро детей. Но поскольку мы показываем их в фильме в разном возрасте, то в общей сложности их роли у нас исполнили 17 человек. Безусловно, самое важное в этом деле - поиск детей, которые держались бы себя перед камерой естественно и ненатужно, и одновременно имели задатки одаренных артистов. За эту часть работы отвечает специальный человек - режиссер по кастингу. Он ищет, он проводит пробы, отбирает нужных кандидатов и приводит их на съемочную площадку. В постановочных сценах с детьми мне помогает опыт работы в документальном кино. Игровые эпизоды я снимаю как документальные. Снимаю детей тогда, когда они чаще всего об этом даже не подозревают.

Прибегали ли вы в работе с ними к вашему учительскому опыту?
Надеюсь, что работая с детьми, я не был учителем, а занимался режиссурой. Мне кажется, что я больше учусь у актеров, чем они учатся у меня.

Вы руководите съемками, стоите за камерой, монтируете. Не доверяете коллегам? Или желаете быть абсолютным автором?
Я предпочитаю сам снимать свои фильмы. Я ведь с этого и начинал свой путь в кино. Мне нравится самому стоять за камерой, поскольку эта позиция на съемочной площадке дает свободу для импровизации. Мне не надо отдавать никому распоряжений, куда двигаться, что снимать. Здесь я сам принимаю решения.
Я проживаю фильм, когда смотрю в объектив камеры. Тогда мне легче судить о жизни. Приятно переживать сцену вживую, ощущать ее всем существом. Я мог бы сравнить себя с художником, который сам держит кисть в руках, а не отдает распоряжения подмастерьям.

В работе над этим фильмом вам помогал оператор Миша Гаврюшев. Он россиянин?
У него отец родом из России. Миша в основном занимался светом, в то время как я находился за камерой. Мы вместе решали, каким должно быть изображение по настроению, как кадр должен быть освещен. Работа с Мишей во многом упростила и облегчила для меня процесс съемок. Конечно, у меня и прежде были помощники. Но с Мишей работать очень комфортно.

Съемки фильма продолжались 12 недель, тогда как на монтаж ушло 26 недель …
Монтаж для меня – это самая интересная, самая увлекательная часть работы. Монтировать кино я предпочитаю сам. При заключении со мной контракта на создание фильма это одно из обязательных условий. Эту часть работы я нахожу самой важной. Ведь именно за монтажным столом фильм обретает свои формы.



На протяжении всей своей карьеры Вы остаетесь верны традициям нового шведского кино, постулаты которого были сформулированы Бу Видербергом. «Незабываемые моменты» - это историческое кино, которое никак не назовешь костюмным. Действие происходит на заре ХХ столетия, но реконструкция этой эпохи выглядит на экране предельно достоверно и фотографически точно.
Свои игровые фильмы я стараюсь снимать как документальные. Это при том, что у меня довольно много картин, касающихся прошлого, основанных на историческом материале. Но мне совершенно не важно, идет ли в моих фильмах речь о современниках или о людях, живших много лет назад. Люди во все времена одинаковы.
Когда снимаешь исторический фильм, надо строго придерживаться реалистических деталей. Костюмы, реквизит – их подбор должен точно соответствовать своему времени. В этом вопросе допускать вольности ни к чему. Другое дело, что в ходе съемки можно отступать от заранее спланированных мизансцен. Новый удачный ход в решении той или иной сцены можно найти непосредственно на съемочной площадке.

Какую сцену в «Незабываемых моментах» вы находите особенно удачной?
Важной сценой в фильме для меня является эпизод, когда Мария Ларсен фотографирует умершую девочку, а затем показывает отпечатанный снимок своему наставнику, фотографу Пиф Паф Пуфу. Это сцена, которая держится на нюансах актерской игры. В ней было крайне важно передать тонкость взаимоотношений, которые складываются между Марией и фотографом.

Как у Вас возникла идея этого эпизода?
К нему меня подтолкнули три вещи. В первую очередь это фрагменты из детских воспоминаний Майи, дочери Марии Ларсен. Ее рассказ о том, как в былые времена имел место обычай выставлять гроб с телом усопшего в прачечной. Как поглазеть на умершего сбегались окрестные дети. Не заходя в комнату, они стайками сбивались у окна и прилипали личиками к стеклу. Основой эпизода стал реальный случай, который произошел с одной из соседских девочек, которая утонула, а ее тело было помещено на всеобщее обозрение. Наконец, третьим источником послужили снимки моего учителя по фотоделу. После его смерти мне достались некоторые его вещи. Аппаратура и коллекция ранних фотографий начала века. Среди них было много любительских снимков покойников в гробах. В те времена съемки подобного рода практиковались довольно широко.

Вашему фильму присуща особая меланхолия. Он проникнут своеобразным предчувствием смерти, лишенным пафоса, глубоко прекрасным и трагичным. Как публика оценила вашу картину?
Фильм о Марии Ларсен пользовался большим успехом в Швеции. Его посмотрело около 200 тысяч зрителей. Для моей страны такое число является очень хорошим показателем. И это речь идет о публике, которая ходила смотреть картину в кино. Гораздо большее число моих соотечественников посмотрело фильм по телевизору.
И в других странах, где показывалась моя картина – будь то Южная Корея, США, Германия или Франция – реакция зрителей была схожей. Это может показаться невероятным. Но я думаю, это объясняется тем, что люди вне зависимости от того, где живут, с легкостью узнают себя в героях этого фильма.

Ваш фильм в ближайшее время будет представлен российскому зрителю. Может в связи с этим Вы хотели бы обратиться к нему с каким-нибудь пожеланием?
-Думаю, лучший способ смотреть фильм, это когда вы ничего не знаете о нем заранее. Вы смотрите фильм по своему разумению. Никто не навязывает Вам своего мнения. И вы непредвзяты в своей оценке. Вот почему я рекомендую смотреть фильм, как он есть, незамутненным взглядом.

Беседовал Игорь Сукманов, специально для ДК

  • комментарии
Для написания комментария необходимо авторизоваться или, если вы ещё не являетесь нашим пользователем - пройти экспресс регистрацию.