Новое сообщение

Вы собираетесь отправить сообщение для пользователя ``

Результаты поиска:

РЕЖИССЁР:
В РОЛЯХ:

Как пользоваться онлайн кинотеатром?

В нашем онлайн кинотеатре авторского кино весь контент делится на платный и бесплатный. Для бесплатного просмотра фильмов регистрация не нужна. Для просмотра платных фильмов необходимо зарегистрироваться в нашем кинотеатре и положить деньги на свой личный счет.

Деньги на счету остаются Вашими и будут списываться только в случае покупки просмотра фильма или покупки возможности его скачать, после Вашего подтверждения. Пополнить ваш счёт в нашем онлайн кинотеатре вы можете множеством способов со страницы редактирования Вашего профиля.

При наличии денег на счету Вы получите возможность оплачивать просмотры и загрузку авторских фильмов буквально в "два клика". Оплаченный фильм доступен для просмотра в течение 48 часов с момента оплаты.

Нашли ошибку?
Закрыть

Задайте вопрос
или сообщите об ошибке

beta 5.0
E-MAIL
ПАРОЛЬ
Войти через:
ИМЯ
E-MAIL
ПАРОЛЬ

Дух Монти Пайтона в «Автобиографии лжеца»

по материалам bbc-freaks.ru | Опубликовано: 05.07.2013

Грэм Артур Чепмен, актёр, сценарист, писатель и врач, был, наверное, самым безумным и весёлым из всех шестерых членов культовой комик-труппы. Он был самим духом Монти Пайтона, воплощая в себе всё то, чем они больше всего гордились.

Дух Монти Пайтона в «Автобиографии лжеца»

Его безграничное воображение и удивительное чувство внутренней свободы выражались не только в творчестве, но и в жизни. О его сумасбродных выходках ходили легенды. Со времён учёбы в медицинской академии Чепмен крепко выпивал, но сумел завязать в 1977 сразу после скандального интервью, данного в подпитии журналу NME. Впрочем, каким бы ни было его поведение, прекрасный, добрый и немного буйный дух всегда оставался на высоте. Он презирал высокие стандарты «хорошего вкуса», зато был не прочь подниматься на настоящие горные вершины. Чепмен ещё и обладал немалым ростом – 1м 88см.

Как-то раз Пайтонам пришло письмо от одной зрительницы. Она писала, что ходят слухи, будто один из них является мужеложцем, а таких в Библии рекомендуется забивать камнями. Отсмеявшись, ребята поручили Айдлу составить ответ, в котором он написал встревоженной мэм буквально следующее: «Мы выяснили, кто это был, и застрелили его».

«Им» был Чепмен. И, разумеется, они были в курсе задолго до того, как в середине 70-х он «вылез из шкафа» (публично признался в своей гомосексуальности) на одном ток-шоу. После этого Чепмен уже открыто высказывался за защиту прав геев и оказывал серьёзную поддержку ЛБГТ-сообществу. Партнёра, с которым Грэм прожил полжизни и усыновил ребёнка из неблагополучной семьи, зовут Дэвид Шерлок. Грэм встретил Дэвида на Ибице в 1966 и спустя 23 года умирал у него на руках.

Чепмен умер от редкого вида рака 4 октября 1989 за день до двадцатилетия выхода первой серии Летающего Цирка Монти Пайтона. Терри Джонс назвал это «худшим за всю историю способом изгадить вечеринку». Известно, что последний раз он снимался для специального выпуска, приуроченного к этой круглой дате, всего за несколько дней до смерти.

И после ухода «бывший Чепмен» остался таким же нарушителем общественных устоев, каким был при жизни.

Оставшиеся пятеро Пайтонов решили не ходить на сами похороны, чтобы не превратить их в балаган для прессы. В результате служба прошла в узком семейном кругу вполне традиционно, если не считать венка в форме пайтовской ноги из заставки «Летающего цирка» с надписью: «Грэму от остальных Пайтонов. Останови нас, если мы начнём вести себя слишком глупо!» – отсылка к одному из персонажей Чепмена, полковнику, который часто обрывал скетчи, внезапно появляясь в момент нарастающего абсурда со словами «Всё, хватит! Это становится уже слишком глупо».

А через два месяца, 6 декабря 1989 Пайтоны провели гражданскую панихиду в лондонской больнице Св. Варфоломея, куда были приглашены семья, ближайшие друзья и коллеги. Именно там прозвучала знаменитая речь Джона Клиза.

РЕЧЬ ДЖОНА КЛИЗА НА ПАНИХИДЕ ПО ГРЭМУ ЧЕПМЕНУ

Он прекратил своё существование. Лишившись жизни, он упокоился с миром. Он сыграл в ящик, протянул ноги, обратился в прах, дал дуба, испустил дух, и его прибрал к себе Небесный Глава Развлекательного Вещания. Наверное, все мы сейчас думаем, как это печально, что человек такого таланта, такой способности к доброте, такого необычайного ума должен был так внезапно покинуть нас всего в 49 лет, не достигнув ещё многого, на что был способен, не успев вдоволь повеселиться.

И тут надо бы мне сказать: «Вздор! Скатертью дорога чёртову халявщику! Надеюсь, он там жарится!»

Причина, по которой я обязан это сказать, заключается в том, что он сам никогда бы не простил мне, если бы я этого не сделал, если бы я упустил такую прекрасную возможность шокировать вас всех от его имени. Чем угодно, только не бестолковым «хорошим вкусом». Я почти слышал, как он шептал мне на ухо, пока я вчера писал эту речь: «Ладно, Клиз! Ты так гордишься, что был самым первым, кто произнёс «дерьмо» на британском телевидении. Если эти поминки действительно ради меня, для начала я хочу, чтобы ты стал самым первым, кто на британской панихиде произнесёт «хуй».

Но проблема в том, что я не могу. Если бы он был здесь со мной, может, мне и хватило бы смелости, потому что он всегда ободрял меня. Но, по правде говоря, я не настолько крут, мне не достаёт его блистательного вызова. Поэтому придётся довольствоваться тем, что я скажу «Бетти Мардсен» [1].

Однако вам ещё предстоит сегодня увидеть более смелых и менее скованных натур – Джонса, Айдла, Гиллиама и Пейлина. Бог знает, что ещё будет ближайший час происходить здесь во имя Грэма. Снимание штанов, святотатцы на ходулях, захватывающая демонстрация высокоскоростного пердежа, синхронное кровосмешение. Один из этой четвёрки собирается засунуть себе в задницу мёртвого оцелота [2]  и пишущую машинку «Ремингтон» 1922 года под звуки второй части Элгаровского Концерта для Виолончели [3] . И это только начало.

Знаете, Грэй сам хотел бы, чтобы всё было именно так. Правда! Для него не было ничего хуже бестолкового «хорошего вкуса». И, думая о нём, я буду всегда вспоминать именно это. И его олимпийское сумасбродство, разумеется. Он был принцем дурновкусия. Ему нравилось шокировать. В сущности Грэй больше чем кто-либо, кого я знал, символизировал и воплощал всё самое оскорбительное и подростковое в Монти Пайтоне. Ему доставляло такое удовольствие шокировать людей, и он неустанно добивался в этом новых высот. Мне нравится думать о нём, как о новаторе, ставшем путеводной звездой для менее смелых последователей.

Немного воспоминаний. Я помню, как мы писали скетч про гробовщика [4], и он предложил финальную реплику: «Так и быть, мы съедим её, а если вы пожалеете, выкопаем могилу, и вы туда стошнитесь!» Я помню, как в 1969, когда мы дни напролёт работали в нашей с Конни Бут[5] квартире, он открыл для себя новую забаву. Он печатал на небольших квадратных листках бумаги слово на три буквы и тихонько раскладывал их в стратегических местах по всей квартире, так что нам с Конни приходилось носиться как угорелым в поисках этих бумажек в последние минуты перед приходом важных гостей.

Помню, как на вечеринках Би-Би-Си он, ползая на четвереньках, ласково тёрся о ноги руководящих сотрудников в серых костюмах и осторожно покусывал самые аппетитные женские голени. Миссис Эрик Моркамб [6] должна помнить.

Помню, как его пригласили в дискуссионное Общество Оксфордского союза. Он пришёл туда в костюме морковки – оранжевый конус во весь рост и ярко-зелёный пучок вместо шляпы, а когда подошла его очередь говорить, отказался. Просто стоял там минут двадцать с блаженной улыбкой, не проронив ни звука. Это был единственный случай в мировой истории, когда совершенно безмолвному человеку удалось вызвать бунт.

Помню, как Грэм получал телевизионную награду от газеты The Sun из рук Реджи Молдинга [7]. От кого же ещё! Схватив трофей, он повалился на пол и пополз обратно к своему столику, истошно вопя. Так громко, как только мог. А если вы знали Грэя, можете себе представить, что это было действительно громко!

Изумительно, не правда ли? Мне кажется, главное в шоке – совсем не то, что он может огорчить человека, а то, что он дарит ему краткий миг радости освобождения, когда мы вдруг осознаём, что социальные нормы, жутко ограничивающие нашу жизнь, на самом деле не так уж необходимы.

Что ж, Грэй больше не сможет нас шокировать. Он умер. Он – бывший Чепмен. [8] Всё, что осталось от него, это наши воспоминания. Но пройдёт ещё какое-то время, прежде чем они поблекнут.

перевод ecume

———————————————————–

1. Бетти Мардсен (1919-1998) – англ. комедийная актриса, которая как-то сказала, что и умереть хотела бы с бокалом джина в руке. Чепмен в годы неумеренных возлияний частенько поминал её имя. В конце концов «Бетти Мардсен» стало его шутливым прозвищем среди друзей.

2. Оцелот — кошачий из Латинской Америки. Не могу отказать себе в удовольствии запостить коташика:

3. Если у вас уже есть оцелот и пишущая машинка Ремингтона 1922 года, вас может заинтересовать, на что похожи звуки второй части «Концерта для Виолончели, Op. 85» Эдуарда Элгара. Вы можете их услышать.

4. Скетч про гробовщика безусловно самый возмутительный, оскорбительный и уморительный скетч Монти Пайтона. Руководство Би-Би-Си с трудом дало на него разрешение с условием, что зрители на съёмке будут активно выражать неодобрение и в конце «накинутся» на Чепмена и Клиза. Неизвестно, какого эффекта пытались добиться этим цензоры, но нарочитая театральность гнева аудитории в результате только сыграла Пайтонам на руку и ещё больше подчеркнула ошеломляющее «дурновкусие» сцены.

5. Конни Бут – с 1968 по 1976 жена и до сих пор близкая подруга Джона Клиза. Они вместе писали сценарии и играли, в том числе в Fawlty Towers. Произвели на свет дочь Синтию Клиз. Фанаты Монти Пайтона легко узнают её по многочисленным эпизодическим ролям (например, жены дровосека). В 1995 Конни решила завершить актёрскую карьеру и с тех пор работает психотерапевтом.

6. Эрик Моркамб (1926–1984) – культовый английский комик, наиболее известный по популярнейшей телепередаче «The Morecambe & Wise Show» (1969-1976).

7. Реджинальд Модлинг (1917-1979) — брит. политик, консерватор, замешанный в крупном коррупционном скандале и частично ответственный за беспредел «кровавого воскресенья«. Долгие годы его злостно высмеивали самыми различными способами, особенно ему доставалось за грехи от Монти Пайтонов (которых он, впрочем, сам любил). Очевидно, организаторы телевизионной награды от таблоида The Sun именно по этой причине пригласили Молдинга вручать премию Чепмену.

8. Речь Клиза начинается и заканчивается отсылкой к, возможно, самому знаменитому скетчу Монти Пайтонов про мертвого попугая.

 

  • комментарии
Для написания комментария необходимо авторизоваться или, если вы ещё не являетесь нашим пользователем - пройти экспресс регистрацию.