Новое сообщение

Вы собираетесь отправить сообщение для пользователя ``

Результаты поиска:

РЕЖИССЁР:
В РОЛЯХ:

Как пользоваться онлайн кинотеатром?

В нашем онлайн кинотеатре авторского кино весь контент делится на платный и бесплатный. Для бесплатного просмотра фильмов регистрация не нужна. Для просмотра платных фильмов необходимо зарегистрироваться в нашем кинотеатре и положить деньги на свой личный счет.

Деньги на счету остаются Вашими и будут списываться только в случае покупки просмотра фильма или покупки возможности его скачать, после Вашего подтверждения. Пополнить ваш счёт в нашем онлайн кинотеатре вы можете множеством способов со страницы редактирования Вашего профиля.

При наличии денег на счету Вы получите возможность оплачивать просмотры и загрузку авторских фильмов буквально в "два клика". Оплаченный фильм доступен для просмотра в течение 48 часов с момента оплаты.

Нашли ошибку?
Закрыть

Задайте вопрос
или сообщите об ошибке

beta 5.0
E-MAIL
ПАРОЛЬ
Войти через:
ИМЯ
E-MAIL
ПАРОЛЬ

Канн 2010. Лозница

Опубликовано: 20.05.2010

В Канне в рамках конкурса состоялась премьера фильма Сергея Лозницы «Счастье мое». Событие, которого ждали в России, Украине, Беларуси. «Темная лошадка», наконец-то заявив о себе, вызвала в стане международной прессы смешанную реакцию.

Канн 2010. Лозница Партер зала Дебюсси, где фильм Лозницы был показан впервые, был полон. Во время показа я не заметил, чтобы кто-то из присутствующих демонстративно уходил с просмотра. Периодически в разных концах зала раздавались смешки. Это смеялись наши соотечественники, реагируя на чересчур «крепкие» словечки экранных персонажей. На финальных титрах зал на какую-то долю секунды оцепенел. Так случается всякий раз, когда публика просто не знает, как реагировать. Затем послышался нестройный хор аплодисментов, который практически заглушил робкие посвистывания негодующей стороны. Итак, в стане критиков налицо легкое эмоциональное разночтение, на что, похоже, картина Лозницы и делала ставку. «Счастье мое» по сути – это классический пример фестивального экстрима. Кино, которое сознательно коробит чувства неприглядными сторонами жизни. Лозница не жалеет мрачных красок в обрисовке нравов заповедной постсоветской провинции.

Поначалу это действительно производит хорошее впечатление. Лозница, как документалист, замечательно схватывает многомерную фактуру жизни. В безучастном миролюбии пейзажей среднерусской полосы тургеневская идиллия соседствует с мистической угрозой. Внешне эта опасность ничем себя не выдает и существует вроде как на интуитивном уровне. Треньканье птиц, оранжевый закат, шелест ветра в кронах деревьев… Разве что одинокое бревно поперек дороги, «рукотворный» элемент пейзажа, незримо свидетельствует о присутствии человека в этом нетронутом пространстве. Человек – вот «тот зверь», которым Лозница стращает пуще всего. Человек, а не черт – демиург сумеречной зоны, «заколдованного места», в котором застревает и теряется герой картины, дальнобойщик с отзывчивым сердцем. Начинающийся как «road movie», фильм мягко соскальзывает в русло квазиреалистической «сказки на ночь». Аномальное пространство фильма предполагает свободное обращение со временем (действие может перескочить в «военные 40-е», из лета шагнуть в зиму), переплетать прошлое с настоящим, закольцовываться, разбивать сюжет на серию новелл, скрепленных порой очевидными, а иногда скрытыми связями.

Героя окружают преимущественно недобрые люди. И эта галерея типажей и лиц, в которой документальная массовка выступает на равных с профессиональными актерами, впечатляет своей онтологической озлобленностью. Плохим поступкам на экране не будет конца, и в какой-то момент станет очевидным, что режиссер потерял чувство самоконтроля, а беспробудная дикость сюжета взяла вверх над ситуацией. Лозница завершил фильм беспощадной в своей жестокости сценой, которая, к сожалению, обернулась не катарсисом, а эксплуатационным постсоветским «нуаром». Допустив вкусовой перебор с «варварством и насилием», Сергей Лозница, к сожалению, пошел на поводу матрешечной конъюнктуры, из-за которой экзистенциальная глубина фильма тут же обмелела. «Счастье мое» так и не дотянуло до бескомпромиссности Зайдля и почитаемых Лозницей румын, хотя обратило на себя внимание фестивальной элиты. Но есть правда и в другом. Несмотря на досадные промахи, смотреть эту картину было искренно интересно. На фоне тотальной предсказуемости каннского конкурса появилось хоть что-то, вызывающее желание обсуждать, спорить, интерпретировать.

Игорь Сукманов, Канн, специально для ДК
  • комментарии
Для написания комментария необходимо авторизоваться или, если вы ещё не являетесь нашим пользователем - пройти экспресс регистрацию.