Новое сообщение

Вы собираетесь отправить сообщение для пользователя ``

Результаты поиска:

РЕЖИССЁР:
В РОЛЯХ:

Как пользоваться онлайн кинотеатром?

В нашем онлайн кинотеатре авторского кино весь контент делится на платный и бесплатный. Для бесплатного просмотра фильмов регистрация не нужна. Для просмотра платных фильмов необходимо зарегистрироваться в нашем кинотеатре и положить деньги на свой личный счет.

Деньги на счету остаются Вашими и будут списываться только в случае покупки просмотра фильма или покупки возможности его скачать, после Вашего подтверждения. Пополнить ваш счёт в нашем онлайн кинотеатре вы можете множеством способов со страницы редактирования Вашего профиля.

При наличии денег на счету Вы получите возможность оплачивать просмотры и загрузку авторских фильмов буквально в "два клика". Оплаченный фильм доступен для просмотра в течение 48 часов с момента оплаты.

Нашли ошибку?
Закрыть

Задайте вопрос
или сообщите об ошибке

beta 5.0
E-MAIL
ПАРОЛЬ
Войти через:
ИМЯ
E-MAIL
ПАРОЛЬ

ММКФ-2007: выходные - это будни

Опубликовано: 25.06.2007

Венгерский «Опиум», утверждает Мария Гросицкая по итогам субботнего дня, дурманит. Французский «Мольер», увы, не смешит. А «Мой фюрер» переосмысляет болезнь под названием нацизм. Но вот лечит ли? Воскресный конкурс был представлен такими диаметрально противоположными картинами, как «Временное освобождение» из Дании, пропитанное печальным юмором, «Путина» покойного Валерия Огородникова, полная гибельного восторга перед безднами русской жизни, и польская криминальная драма «Надежда», с необходимостью наследующая наиболее массовым работам Кесьлевского, но претендующая и на свой собственный голос. Услышать его попытался Ян Левченко.

ММКФ-2007: выходные - это будни

1. Опиумный Гитлер и сахарный Мольер.

Венгерский режиссер Янош Сас в картине «Опиум» дает волю мрачным фантазиям, исследуя отношения между сумасшедшей женщиной, запертой в психиатрической клинике, и ее врачом-морфинистом. Дело происходит в Венгрии в 1913 году, то есть как раз во времена, когда психоанализ только набирал силу и был не проверенным методом лечения, а полем дерзких экспериментов, медицинских, мистических, творческих изысканий. Режиссер обращается к тому моменту в развитии европейской культуры вообще и психоанализа в частности, когда традиционные представления еще не были вытеснены и не перестали влиять на события, а их новые модернистские версии еще не стали классикой. Знаменательно, что психиатрическая клиника располагается в монастыре и обязанности сиделок выполняют монахини, у которых одно название для психических больных: бесноватые. Религиозная символика соседствует в «Опиуме» со сложными приспособлениями для новомодного лечения, странно перекликающиеся с «Молотом Ведьм». Врач-психоаналитик, начитавшись гениальных дневников своей пациентки, проникается к ней сложными и, как водится, противоречивыми чувствами (кадр слева). Содержание фильма балансирует между болезненным бредом и мистическим откровением. Такой подход позволяет Сасу добиться большой творческой свободы. Но чувствуется, что режиссер со свободой перебирает, отказываясь и от логично выстроенного сюжета, и от внятных формулировок. Если коротко: венгерский фильм – это страшноватый и красивый опиумный сон, эстетически совершенный, но скудный в содержательном плане.

«Мольер» Лорана Тирара – пример типичного французского любования собственным культурным наследием. Попурри из комедий Мольера, роскошные костюмы времен Людовика XIV и Ромен Дюри в главной роли (кадр справа) – словом, полный рахат-лукум. Юное французское дарование, исполняющее главную роль, с усиками и длинными волосами напоминает не то Зорро, не то Уилла Тернера, но уж Мольера – меньше всего. Мелодраматическая составляющая сюжета перевешивает интриги, заимствованные авторами сценария из «Тартюфа», «Мещанина во дворянстве» и других мольеровских пьес. Отдельной реплики заслуживает финал, сам по себе состоящий минимум из трех актов. В общем, эта «легкая и ироничная» история мало того, что не предлагает зрителю ничего нового, но еще и никак не может закончиться. «Мольер» сильно уступает давнему фильму Агийона «Распутник», который вообще можно считать эталоном подобного жанра.

А вот для жанра, в котором немецкий режиссер Дани Леви снял картину «Мой фюрер» едва ли существует эталон. Верхняя планка для подобных фантасмагорий задана книгой Ромена Гари «Пляска Чингиз-Хаима», которой фильм по всем статьям проигрывает. «Мой фюрер» (афиша слева) был бы вполне посредственным произведением, если бы не провокационная тема. Германское искусство не вчера начало переосмыслять свое прошлое. И когда основной пафос картины заключается в обвинении немецкого общества в подверженности стадным инстинктам, впору задуматься, какое на дворе тысячелетье. Леви, сыгравший в оригинала, подчеркивает не чудовищность Гитлера, а его смехотворность, ничтожность, глупость. Памятуя о древних карнавальных законах, Леви заставляет Гитлера и его личного логопеда (разумеется, еврея) меняться местами: шут становится фюрером, фюрер становится шутом. Обоих зовут Адольф – не для того ли, чтобы подмена проходила легко и забавно? В финале картины зрителя ждет ударный эпизод с гитлеровской речью, когда оба Адольфа окончательно определятся со своим местом в истории, а немецкий народ, отвечая на лозунг «да здравствуйте ВЫ!» огласит площадь ревом. Временами (в частности, в начале и в конце) Леви стилизуется под документальную съемку в стиле Рифеншталь. Но в этой певдо-документалистике с особой ясностью вырисовывается ошибка Леви (она же – идеологическая опора): его Третий Рейх похож на балаган и напрочь лишен величия. Действительно, зачем показывать величие нацизма в обличительном антинацистском фильме? Да хотя бы для того, чтобы нацизм был узнаваем. В «Моем фюрере» последнее условие нарочито не соблюдено. А потому и фильм обладает меньшей остротой, если не безобидностью, чем можно было ожидать при заявленной провокационной тематике.

Мария Гросицкая, специально для ДК

2. Рыбаки с Псковского озера и златоглавый ангел из Польши

Воскресную конкурсную программу (да и всю фестивальную композицию) построили по принципу «больше разного кино, а там посмотрим». Датская картина «Временное освобождение» (кадр справа) - снятое на цифру печальное кино о лишнем человеке, изображающем из себя опасного рецидивиста, а на деле просто уставшем от всего на свете. Ему равно тягостны и тюремная жизнь, и даже отпуск, положенный по закону в связи со свадьбой сына. Смотреть такое кино лучше дома по каналу «Культура», причем не обязательно в программе «Культ кино», скорее – глубоко за полночь, если вместо сна обуревают элегические раздумья. Как участник конкурса Эрик Клаусен вряд ли на что-то претендует (хотя как раз от этого шансы и возрастают), однако для любителей европейской городской антропологии другого путешествия по району Вестербро, что на западе Копенгагена, в кино просто нет. Ну, это, разумеется, специфический критерий.

Предсказуемая двойственность отличает последний фильм Валерия Огородникова «Путина», смонтированный уже без участия автора. 1 июля исполнится год с момента скоропостижной смерти Огородникова – одного из самых ярких мастеров «Ленфильма» своего поколения. Возможно, именно его отсутствием на решающем этапе производства объясняется путь наименьшего сопротивления, по которому картина была завершена. Снятая в полемике со «Свадьбой» Лунгина, в параллель к «Бабусе» Бобровой и не без отсылок к неожиданному в данном контексте Кустурице, «Путина» поражает потенциальной, но так и не реализованной мощью. Хороши визионерские, не лишенные кокетства планы. Фата, зацепившаяся за высушенное ветром дерево. Схватки беременной героини – белое платье, черная лодка, просвечиваемая в двойной экспозиции озерная рябь. Камера, снимающая из воды, «плачущая» рыба, выпростанная из сети. А история – деструктивна и тягостна. Сплошные, понимаешь, страсти по Шекспиру при полном отсутствии на то социальных мотиваций. Якобы взят русский человек как таковой – с его глубинами, мятежным духом и прочими утомительными штампами. Вот, дескать, и на Талабских островах не замирает жизнь, находятся даже непьющие женихи, готовые отвергнуть московскую любовь и призреть местную, что понесла от другого. А этот другой может от любви сорваться с тюрьмы, примчаться на родной остров, чтобы учинить классическую достоевскую разборку. И даже Петр Семак (на фото слева) заслуженно получивший специально учрежденную под него «Золотую маску» за роль в «Короле Лире» Льва Додина, не вытянул свой ходульный типаж. Одна безупречная актерская работа - карнавальный повар в исполнении блестящего петербургского комика Сергея Бызгу. Все прочее профессионально, прекрасно отработано, а в итоге – одна беспросветная духовность. Как правильно отметили на пресс-конференции, отсутствие мата не воспринимается здесь как фальшь. Ну и слава Богу, уже хорошо, что обошлись. Только в самом начале «е… твою мать» разок проскочило для убедительности.

Неожиданным открытием стал дебютный полный метр Станислава Мухи «Надежда». Это история о том, как юный сын пожилого дирижера, коротающего старость церковным органистом, стал свидетелем кражи. Из алтарной части было похищено изображение ангела со скрипкой – бесценная работа XV века. Но чуть ли не самое ужасное, что кражу совершает отец девушки, влюбленной в главного героя. Юноша, рано лишившийся матери и регулярно навещающий брата в тюрьме, отличается четкими представлениями о морали и начинает воплощать в жизнь опасный план по возвращению картины на прежнее место. Его ближайший предшественник – Плюмбум из одноименной драмы Абдрашитова, тоже озабоченный идеей справедливости. Но как же далек несколько фанатичный, но в первую очередь человечный Франтишек по сравнению с адской машинкой Антоном, за которым не стоит ничего, кроме пустой амбициозности! Главный герой «Надежды» тоже, мягко говоря, не лишен этого качества, но итогом фильма станет не только его персональный успех, но и раскаяние грешника, и подлинное прощение. В нашем кино это невозможно – мешают червоточины, популярно описанные, в частности, в известной картине «Остров». Для этого нужна фундированная и непрерывная христианская традиция, о которой католическая Польша знает не понаслышке. Моральная история молодого режиссера отнюдь не выглядит фальшивкой, что наша развращенная публика, скорее всего, почтет за «позорный пафос». Не хочется забегать вперед, но вот уж где этого ингредиента предостаточно, так это в расхваленной «Жизни других» фон Доннерсмарка, которую вновь привезли в Россию и будут показывать вечером 25 июня в «Пушкинском» как гала-премьеру. Но это уже завтрашняя тема…

Ян Левченко, специально для ДК

  • комментарии
Для написания комментария необходимо авторизоваться или, если вы ещё не являетесь нашим пользователем - пройти экспресс регистрацию.